Донской временник  
 
Пропустить Навигационные Ссылки.

Пропустить Навигационные Ссылки.
Развернуть Донской край в целомДонской край в целом
Развернуть НаселениеНаселение
Власть. Управление
Развернуть Общественная жизньОбщественная жизнь
Развернуть Донское казачествоДонское казачество
Гражданская война (1918 - 1920)
Великая Отечественная война (1941 - 1945)
Развернуть Религия. ЦерковьРелигия. Церковь
Природа и сельское хозяйство
Промышленность
Транспорт
Предпринимательство. Благотворительность
Здравоохранение. Медицина
Развернуть Наука. ОбразованиеНаука. Образование
Развернуть Средства массовой информации. Книжное делоСредства массовой информации. Книжное дело
Развернуть КультураКультура
Языкознание. Фольклор
Развернуть Литературная жизньЛитературная жизнь
Развернуть ИскусствоИскусство
Рецензии


 

Литература Дона / Жизнь и творчество донских писателей

А. Карасёв

ПОЭТ ЖУКОВСКИЙ В НОВОЧЕРКАССКЕ

В «Русской Старине» печатается беглый дневник Жуковского, такой беглый, что многое из него остается совершенно не понятным. Тем не менее из него можно сделать некоторые извлечения, касающиеся войска Донского и особенно города Новочеркасска. Часть дневника Жуковского относится ко времени посещения Императором Николаем I города Новочеркасска, в октябре 1837 года, когда Наследнику Цесаревичу Александру Николаевичу, в войсковом кругу, вручены Государем знаки атаманского достоинства. Вот что записано поэтом: «Аксай городок, стоящий на берегу Дона, перед лесом. Совершенная безвкусица в постройке и расположении домов. Балконы. Неприятный костюм женщин: пояса по грудям. Тулупы».

Как этот городок мог стоять «перед» лесом, когда лес был на противоположной стороне Дона? Жуковский проехал почти всю Россию, и неужели крестьянские постройки Тамбовской, Пензенской и даже Московской губерний сделаны с большим вкусом? Уж одни балконы доказывают отсутствие безвкусицы. Почему костюм женщин показался ему неприятным — неизвестно, а поясов на грудях казачки никогда не носили: кубилек подпоясывался под грудями. Тулупы — естественны, потому что в октябре бывает холодно. Затем: «Прибытие Государя в 2 часа по полудни в Аксай. Он нездоров. Зубная боль. Переезд мой из Аксая в Новочеркасск. Остановился в доме Леонова. Нынешнее разделение на округа и установление списков весьма удобно для службы казацкой. Атаман наказный Власов. Ефремов».

Вот именно в эти-то неприятные минуты зубной боли и был решен вопрос о том, остаться Новочеркасску на прежнем месте или быть перенесенным в Аксайскую станицу. Находясь в угнетенном состоянии от докучной боли, Император едва взглянул на местность, занимаемую этой станицей, всю изрытую балочками, и тогда же произнес решение об оставлении Новочеркасска на прежнем месте. Об «установлении» каких «списков» упоминает Жуковский, — трудно догадаться, Далее идет речь о пребывании в Новочеркасске.

«Скучный и грустный день. В ту минуту, когда получено известие, что Государь не будет в Новочеркасске, узнал о смерти И. И. Дмитриева. Посещение выставки. У Власова. Длинный и скучный обед за общим столом в дворянской зале. Орлов-Денисов с двумя сыновьями. Григорий Д. Иловайский с женою. Ефремов. Панин и проч. Ввечеру у Иловайского. Жена Бердяева прекрасная женщина».

В этих немногих строках два раза поэтом упомянуто о «скуке», которая овладела им в Новочеркасске. Если бы Василий Андреевич был более дальновиден, то он легко мог бы предсказать такую скуку и на весьма отдаленное будущее нашего родного города... Граф Орлов-Денисов, — это герой Отечественной войны, а впоследствии корпусный командир, погребенный в харьковском монастыре. Он отец известного Федора Васильевича, генерал-адъютанта, бывшего при Хомутове начальником штаба войска Донского. Григорий Дмитриевнч Иловайский — отец известного в Миусском округе помещика-хозяина, жившего в слободе Зуевке. Жена Бердяева, бывшего начальника штаба при атамане Власове, человека умного и доброго, но раздражительного до умопомрачения. О вспышках его рассказывали много забавных анекдотов, которые мною записаны. Когда он горячился, то пришепетывал так своеобразно, что казаки, по созвучию, переменяли в его фамилии одну букву на другую... Далее «прибытие Государя в половине 2-го. Его коротенькая и выразительная речь в круге, окруженном знаменами и регалиями атаманскими. Церемония без величественности. Блеск и лохмотья. Перед старым деревянным собором и недостроенным новым, в виду фундамента Платовского дома и его разрушающейся беседки. В этом ничтожном, безжизненном городе день Триумфальных ворот».

Еще я помню, что во дворе теперешнего войскового штаба, который принадлежал прежде графу Платову, а потом Турчанинову был высокий курган, на котором стояла беседка. Ничтожность и безжизненность города засвидетельствована таким компетентным лицом, и как клеймо осталась на всю его будущую жизнь. Далее Жуковский продолжает: «Смотр 20 казачьих полков. Государь недоволен. «Это мужики, а не армия». Отчего? Казацкая армия может существовать только на границе в виду неприятеля. Покой ее портит. Или она становится обыкновенной регулярной армией. Но они смотрят только на выправку. Бал. Четырехугольная длинная зала, обитая кисеею. Богданович параличный. Иловайский с женою. Жена Бердяева. Внучка Платова и его сын в перевязке. Анекдот о его жене, после того как она, уже невеста, узнала о несчастии жениха: мне нужно его сердце, а не лицо, и я имею одно только слово».

Император Николай I привык к фронтовым порядкам регулярной армии, а потому 20 казачьих полков, собранных у Новочеркасска, не имевших никакого понятия о фронтовых тонкостях, показались ему ордою, а не полками. Современники рассказывают, что когда Государь на этом смотру скомандовал: «г.г. офицеры, вперед на линию!», то исполнения не последовало, так как донские офицеры того времени совсем не знали никаких построений, а многие из них, думая, что «на линию», значит на Кавказ, который назывался просто «линией» (мой муж или брат на службе, на линии значило — на Кавказе), во фронт же воскликнули: «за что же нас на линию?» Параличный Богданович — это тот самый генерал, который по поручению Чернышова забрал из Новочеркасска самые важные документы, относящиеся к донской истории. Внучка Платова — это Марфа Ивановна, бывшая в замужестве за князем Д. Г. Голицыным, а впоследствии вышедшая за барона Врангеля. Отец ее, сын атамана графа Платова, Иван Матвеевич, перед самой женитьбой своей на Анне Степановне Ефремовой был на охоте, где разорвавшийся ружейный ствол совершенно вырвал у него правую щеку, а потому он до самой смерти ходил в перевязке. Обвенчавшись в 1817 году, они прожили до 70 годов прошлого столетия и умерли вскоре один за другим. Иван Матвеевич имел орден Почетного Легиона, пожалованный ему королем Людовиком XVIII. Дом этих стариков на углу Московской и Ратной улиц принадлежит теперь купцу Шапошникову. Что значить последняя часть фразы: и я имею одно только слово, — известно только одному Жуковскому.

Вот и последний пункт дневника, касающийся Новочеркасска:

«По утру в 7 часов отъезд Государя с Великим князем. Мы остаемся на 24 часа. Ездил с графом Паниным в уездное училище, которое в весьма хорошем положении. Был у архиерея Афанасия, первого здешнего. Вот уже 8 л. Его благоразумные действия с раскольниками: они уже склонены принять архиерея, только бы без консистории. Это важный шаг. Визиты к атаману, Бердяеву, Рубашкину, Кузнецову, Орлову-Денисову, Иловайскому. Обед со всеми ними в дворянском доме. Ввечеру бал, данный мачехою Орлова-Денисова, урожденной Иловайской. Разговор с Кузнецовым о крае. Лучшее образование на счет очереди и определение властей. Правительство слишком мешается во все подробности: ловушки, в которые рыба не ловится и которых не позволяют смолить в пользу их продавцов. Добывание соли менее выгодное. Энергическое и полезное, но совершенно самовластное правление Платова. Упрямый Денисов. Худой правитель Иловайский. Слабый Кутейников. Власов с предрассудками и упрямством. Хорошо дать атамана русского».

Афанасий был первый преосвященный (назначен в 1829 г.), именовавшийся донским и георгиевским. До него Донское войско принадлежало к воронежской епархии. Рубашкин тогдашний войсковой дворянский депутат, отец двух новочеркасских полицмейстеров Николая и Петра Александровичей. Кузнецов Михаил Михайлович походный атаман донских полков во время Венгерской кампании. Дочери его — за Карповым, Мельниковым, Себряковым и Поздеевым. Сын, бывший флигель-адъютант, служил адъютантом при фельдмаршале Паскевиче. О рыбных ловушках и осмолении их в пользу продавцов — что-то мало понятное. Точное исполнение последней фразы вышеозначенного пункта способно гарантировать край от упрямства, слабости и проч.

В заключение не могу не привести двух записей из моего дневника, сделанных мною со слов очевидцев посещения Николаем I Новочеркасска в 1837 году. Первая. Известный донской писатель Сухоруков, гонимый графом Чернышовым до самой смерти этого страдальца, совершенно неожиданно произведен в есаулы. Ф. П. Хоперский, бывший тогда старшим адъютантом войскового дежурства (теперь штаба) рассказывал, что Бердяев поручил ему составить списки всех старших офицеров разных чинов для представления к производству их в следующие чины, куда попал и Сухоруков, прослуживший сотником около 15 лет. Ни войсковое начальство, ни сам Чернышов не прочитали этих списков и производство состоялось. Когда же Власов и Бердяев увидели, что в числе произведенных стоит и опальный Сухоруков, то пришли в ужас и, ожидая должных репримандов от Чернышова, напали на Хоперского, который ответил им, что не имея приказания, он и не мог исключить Сухорукова из списков. Дело обошлось, однако, благополучно. Чернышов промолчал, а может быть, и не заметил.

Вторая. На первом приеме Императором Николаем всех чиновников в числе последних находился полковник Тапилин, вышедший в отставку еще при Императоре Павле, а потому и имевший на себе мундир того времени. Наследник, заметив такую редкость, сказал Государю, указывая на Тапилина «дедушкин мундир». Полковник, приостановившись, немедленно ответил «никак нет, ваше императорское высочество, свой собственный».

И еще. Так как в те поры вводилось в действие новое положение 1835 года, то было несколько «временных отделений». Сам Государь не осматривал присутственных мест, а поручил это наследнику. На месте, занимаемом теперь канцелярией музея и отчасти женскою гимназией, стоял ветхий, желтого цвета, дом, в котором помещалось какое-то «временное отделение». Когда цесаревич взошел на крыльцо по трясущимся ступеням и оперся рукою на перила, то они пошатнулись так сильно, что он едва не упал. «Какое здесь присутственное место?» — спросил он у атамана Власова. «Временное отделение», — ответил старик. Наследник, покачивая рукою, едва державшиеся перила, сказал «видно, что временное, да и что на земле вечно?»

Источник: Донские областные ведомости. 1902. 21 июля. С. 2-3.



 

Поиск статей в системе OPAC-Global
 

Памятные даты на 2012 год
 
<Май 2012 г.>
ПнВтСрЧтПтСбВс
30123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
28293031123
45678910

125 лет со дня pождения Александpы Васильевны ДРЕЙЛИHГ (1887-1966), скульптоpа. В Ростове работала в основном в портретной и декоративной скульптуре. Среди её станковых работ - бюст Героя Советского Союза Г. Д. Рашутина и портрет писателя И. Д. Василенко.

Художники наpодов СССР. Т. 3. С. 458;
Рудницкая Ю. Художники Дона. С. 120-121.

1234

Яндекс.Метрика
© 2010 ГУК РО "Донская государственная публичная библиотека"
Все материалы данного сайта являются объектами авторского права (в том числе дизайн).
Запрещается копирование, распространение (в том числе путём копирования на другие
сайты и ресурсы в Интернете) или любое иное использование информации и объектов
без предварительного согласия правообладателя.
Тел.: (863) 264-93-69 Email: dspl-online@dermartology.ru

Сайт создан при финансовой поддержке Фонда имени Д. С. Лихачёва www.lfond.spb.ru Создание сайта: Линукс-центр "Прометей"